Истории для размышлений Хорхе Букай

У нас вы можете скачать книгу Истории для размышлений Хорхе Букай в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Они теперь могли общаться не только на поверхности, от закраины к закраине, как все остальные; поиск подарил им тайный язык, они обрели новые способы связи. Они открыли для себя глубинное общение, которого может достичь лишь тот, кто наберется смелости освободиться от лишнего груза и найти в себе то, что может дать другим….

Официант ставит стаканы перед ним, и посетитель выпивает их все сразу один за другим. Официант замечает на лице пьющего глупую ухмылку. Осушив в одно мгновение четыре виски, он хватается за стойку и требует еще.

Официант приносит ему три стакана, и клиент, как и раньше, выпивает их залпом. Официанту показалось, что у парня от количества выпитого уже помутнел взгляд. Он допивает последний глоток и, ничего не соображая, падает на пол, пьяный в стельку. Он шел по дороге, глазел по сторонам и вдруг заметил неподалеку от тропы маленькое карманное зеркальце.

Казалось, оно поджидало именно его. Как кольца на пне, на его лице была записана вся его жизнь, с явным преобладанием. Мы же не любим, когда плохо выглядим или поступаем и кто нам на это указывает.

Он шел и шел, пытаясь справиться с соблазном, чтобы не вернуться обратно. Это зеркальце не выходило у него из головы, загадочно манило, как магниты притягивают металл. Бормоча детские песенки, он старался избавиться от ужасного образа, увиденного недавно. Бегом бежал он к дому, где родился. Прямо в одежде он бросился на постель и зарылся с головой в простыни. Он не видел ничего вокруг.

Однако никак не мог выбросить из головы воспоминания о своем отражении. О том, что он там увидел. Ребенок лежал у озера и плакал из-за того, что никто не обращает на него внимания.

В один прекрасный день он заметил, что люди, непонятно почему, стали превозносить его высокий рост:. Сначала это его удивило, и в течение нескольких последующих дней он замечал, что украдкой поглядывает на свое отражение в витринах магазинов и в окнах автобусов. Но ему все время казалось, что он такой же, как и раньше, ни высокий ни низкий….

Он решил не придавать этому большого значения, но, когда через несколько недель он заметил, что трое из четырех встречных смотрят на него снизу вверх, ему стало интересно, что же произошло. Человек купил сантиметр, чтобы измерить свой рост, и сделал это со всей тщательностью. После нескольких измерений и проверок он удостоверился, что его рост был таким же, как и прежде. И он стал часами стоять перед зеркалом, рассматривал себя и пытаясь понять, стал ли он выше, чем раньше.

Но он видел, что его рост не изменился. И тогда он решил отметить высшую точку мелом на стене — чтобы в следующий раз можно было заметить изменения. Тогда он подумал, что над ним просто издеваются. И поэтому как только речь заходила о росте, он сразу же менял тему разговора, или же оскорблял собеседника, или резко уходил, не проронив ни слова.

Человек был достаточно рассудительным и подумал, что этому явлению должно быть какое-то объяснение. Им восхищались, и ему это было приятно и ему очень хотелось, чтобы так все и было на самом деле.

Мог же он вырасти и стать гигантом из-за какого-нибудь заклинания или колдовства, сам того не ведам и не замечая. Нашему герою было неприятно быть обманщиком. И теперь он избавился от этого ощущения. Он уже не спорил с теми, кто говорил о его высоком росте. Теперь он с удовольствием вступал в разговоры, давая советы как быстрее вырасти.

И так продолжалось до тех пор, пока… он не встретился с карликом. Его распирало от тщеславия. Человек поспешил поравняться с ним, он чувствовал себя высоким как никогда….

Гордец покашлял, но карлик, казалось, даже не заметил это. И хотя он вытянулся так, что чуть не свернул себе шею, карлик оставался невозмутимым. Карлик посмотрел на него снизу вверх. Потом еще раз посмотрел на него и скептически произнес:. Высокомерный высокий человек презрительно взглянул на него и не нашел ничего лучше, как пробормотать:.

Он схватил сантиметр и, дрожа от волнения, измерил свой рост, чтобы удостовериться в том, что ему и так было уже известно. Впервые за долгое время он видел себя таким же, как и все.

Человеком, похожим на других. И рост его — ни высокий ни низкий. Посмотрев в окно, он увидел людей из своею квартала, которые проходили мимо его дома… Все казались такими высокими! В панике он снова подбежал к зеркалу, теперь уже для того, чтобы проверить, не стал ли он ниже. Высокими или низкими мы становимся в соответствии со своим представлением о мире,. Человек встретился с сотней людей, одним он казался гигантом, другим — почти что карликом… но никто из них не потревожил его спокойствия.

В одном заколдованном королевстве, где не ступала нога человека, а может быть, ровно наоборот, где люди становятся путешественниками, не замечая того…. Или, скорее, лагуна с кристально чистой водой, в которой плавали рыбки всевозможных расцветок и переливались все оттенки зеленого цвета….

Ярость, как обычно, спешила что с ней всегда бывает , быстро искупалась и еще быстрее вышла из воды…. Но ярость слепа или, по крайней мере, видит происходящее неотчетливо. Поэтому она в спешке надела платье, которое было ближе…. А как всем известно, больше всего грусть не любит оставаться обнаженной. Поэтому она надела то платье, что нашла у пруда: Говорят, что с тех пор часто можно увидеть ярость — слепую, жестокую, сердитую и ужасную.

Сеньору Хоакину Марии Аянаку Х. Прежде всего должен признаться: Вы меня не знаете. По крайней мере, в общепринятом смысле этого слова.

То есть так, как знаю Вас я. Иными словами, у меня записаны Ваше имя и адрес. Мне известны Ваш возраст, Ваши вкусы, места, где Вы отдыхаете, марка Вашей машины. Я знаю имя Вашей супруги, имена Ваших детей и даже Вашей собаки Понго, если не ошибаюсь.

Мне сейчас пришла в голову мысль, что, возможно, все эти сведения могут Вас немного встревожить. Как и у всех, кто наделен властью, у Вас наверняка есть параноидальные черты. Я представляю себе, как Вы задаетесь вопросом: Откуда у него информация? Чтобы избавить Вас от дальнейшей тревоги по этому поводу, спешу сообщить, что не существует никакой информации настолько секретной, что ее нельзя было бы получить, имея немного денег и достаточно времени… Мне же хватает и того и другого иногда мне кажется, что всемогущество Бога происходит не из-за его всесилия, а из-за бесконечного спокойствия, присущего бессмертию.

А вот мы, люди, напротив, постоянно спешим из-за невольного осознания своей смертности. Действительно, для серьезного исследования необходимо добавить к спокойствию немного рассудительности и, конечно, заинтересованности: Ведь понятно, что без заинтересованности невозможно заставить рассудительность приступить к делу..

Наверное, было бы уместно начать с рассказа о том, как я Вами заинтересовался. Вполне возможно, что Вы этого уже не помните, ведь прошло много лет. Но дело в том, что однажды а точнее — в четверг 23 июля года в третьем часу дня а именно в Весь день шел дождь, и на улице, как обычно, были лужи. Именно там, в нескольких метрах от улицы Авельянада, есть выбоина.

Вы, конечно, знали о ней и поэтому взяли немного вправо помните? Вы его облили с ног до головы, от колен до шляпы. Я уверен, что видели. И почему-то Вы не затормозили!

И не только не остановились, но что гораздо важнее еще и состроили гримасу, Всего на три-четыре секунды, не больше… Презрение и отвращение выражали Ваши губы, растянутые на несколько миллиметров. Затем Вы легко, совсем легко пожали плечами, и это ясно показало Вашу реакцию на случившееся. Тогда я сказан себе: Пожалуй, следует прояснить кое-что, касающееся меня самого. У меня нет предрассудков. Я ничего не имею против шикарных машин и их владельцев. Мне кажется, что я к тому же понятливый и терпимый человек.

Вот почему чуть позже я подумал о том, что, возможно, ошибся и что Ваше поведение было вовсе не таким. Или, может быть, этот поступок был скорее исключением, чем правилом: Надеюсь, Вы это поймете. Последние пять лет я посвятил тому, чтобы узнать больше и в результате либо подтвердить, либо опровергнуть то ужасное первое впечатление, которое на меня произвел Ваш поступок.

И вот что из этого вышло, сеньор Аянак. Теперь исследование завершено, и того, что я выяснил, более чем достаточно для вывода: Вы еще большее ничтожество, чем я мог подумать тогда, в году. Я был уверен, что Вы, как и я, не меняете своего ежедневного маршрута меня всегда удивляло это утомительное пристрастие человека к неизменным привычкам: Вот почему в В этот день не было ни луж, ни переходившего дорогу старичка. Не было и гримасы, и вообще ничего, что могло бы отвлечь меня, так что я записал номерной знак Вашей машины: В следующий понедельник я решил не идти на работу и посвятить весь день расследованию.

Я сел в свою машину, припарковался около улицы Артигас и снова стал ждать Вас. В привычный час серая иномарка выехала из-за угла, и я поехал за ней следом по улицам Хуана Бусто, Варнеса, Серрано, Санта Фе, Гурручага. Должен признаться, мне было немного неприятно увидеть, как Вы припарковались на стоянке для полицейских машин на углу Санта Фе и Гурручага. На мгновение я подумал, что Вы, возможно, комиссар полиции или что-то вроде этого. Но Вы даже не зашли в полицейское отделение.

Вы прошли мимо двери, и постовой отдал Вам честь. Из своей машины я увидел, как Вы прошли двадцать или тридцать метров по Санта Фе до улицы Каннинг и вошли в здание. В тот же момент постовой засвистел в свисток, показывая, чтобы я проезжал дальше. Почему Вы можете парковаться на этой служебной стоянке, 1 мне пришлось ехать в поисках места для парковки, которое нелегко найти в том районе? Скажите, откуда взялось такое множество сомнительных привилегий, которыми одни законно или незаконно пользоваться за счет остальных?

Почему, имея должность комиссара полиции, можно присваивать себе кусочек города для парковки своей машины и вдобавок передавать это право другим? Ведь Вы не работаете в полиции. Дает ли это Вам право использовать несколько квадратных метров городской улицы? Осыпая бранью Вас, полицию, мэрию и всю систему в целом, я припарковался и прошел два квартала назад до улицы Сайта Фе.

В конце дня мне было уже известно все, чтобы начать следствие. Я знал Ваше имя, рабочий адрес, профессию адвокат по уголовным делам и Ваши часы приема; понедельник, среда, четверг и пятница, с двух до шести. Должен признаться, что до того момента, как я зашел в Ваш офис, у меня еще оставались сомнения. Потому что секретарша выполняет Ваши указания, а ведь и мне, и Вам известно, что в два часа Вы никак не можете меня принять, потому что в четверть третьего.

Вы поворачиваете на улицу Артигас в квартале Флорес! Что, на Ваш взгляд, должен делать человек, которому назначили прием на два часа, если Вы приедете между Вас не интересуют его проблемы с законом, его беспокойство и тревога?

Вам до него нет дела, верно? Вы его не знаете и Вас это абсолютно не волнует… Пусть подождет. Пусть еще один подождет. Должен признаться, у меня никогда не вызывали восторга специалисты по уголовному праву. Я всегда думал, что люди выбирают ту или иную профессию исходя из определенных черт своего характера. Не может быть случайным то, что все врачи ипохондрики, почти все экономисты мошенники и что не существует надежных адвокатов. Многие месяцы своего исследования я посвятил изучению психологии.

Это была попытка наконец понять Вас и Ваши действия. У меня в голове не укладывалось, что человек, посвятивший себя правосудию, имеет такое практически неприемлемое представление о морали и о справедливости.

Психология, должно быть, гораздо более снисходительна к Вам, чем ко мне. Говоря профессиональным языком, Вы сублимируете свои порывы в своей профессии, и такое объяснение звучит даже благородно.

Нет, никакой реактивный механизм не оправдывает, например, то, что Вы добились, чтобы Ваш клиент, Фуэнтес Орбиде, был освобожден, обвиняя во всем своего компаньона и родственника. Вы знали, что тот был невиновен. Вы знали, что Ваше выступление и планирование защиты приведут к тому, что место в тюрьме для Вашего клиента станет местом для его жертвы.

Однако же Вы все равно так поступили. Вы выступали не в защиту правосудия. И даже не в защиту Вашего клиента. Вы защищали свой карман, свою репутацию, свои личные интересы. Две недели спустя после задержания несчастного компании а Вашего клиента Вам кто-то напомнил об этом деле в кулуарах суда.

Ваши слова остались у меня в памяти, словно я сам был там и слышал их. Если он не может заплатить за хорошего адвоката, черт с ним! И разговоры о сублимации не могут оправдать подлости. Остается винить Ваше пристрастие к отвратительной шкале ценностей, которую Вы используете в отношениях с другими людьми? Позвольте Вам напомнить, как это было…. Это случилось около двух лет тому назад. Вы обедали с Марией-Еленой, Вашей любовницей, в ресторане на улице Альвеар. Так что, должно быть, дело было во вторник мне понадобилось немало времени, чтобы узнать, что вторники Вы обычно проводите со своей любовницей.

Я смотрел на Вас. В тот день в зал зашел мальчик лет десяти и начал предлагать купить розы, подходя к столикам. Он никому не мешал: В психологии, вероятно, есть множество объяснений для подобных поступков, но для Вас у меня есть только одно. Такой подлец, что не заслужи наем с права на жизнь. И даже более того…. Мне есть до этого дело, потому что я тот старичок, которого Вы обрызгали на углу улиц Артигас и Раона пять лет тому назад.

Мне есть до этого дело и потому, что я тот, кому каждый день приходилось проходить два квартала назад, потому что не было никакой возможности парковаться на Гурручага и Санта Фе. Мне есть до этого дело, потому что я Ваша жена, доктор, которой хотелось хоть когда-нибудь с Вами вместе пообедать, и потому что я в какой-то степени еще и Ваша любовница, которой, возможно вовсе не хотелось с Вами обедать в какой-нибудь из вторников.

Это мое дело, потому что я — невинная жертва, которая поплатилась тюрьмой за то, чего не совершала. Мне есть до этого дело, потому что я во многом и ребенок, который пытался продать розы в ресторане на улице Альвеар….

От психологов я узнал многое о механизмах мышления. Так что я должен признаться, хотя меня это и огорчает: Я такой же взяточник, такой же высокомерный, агрессивный, эгоистичный, корыстный, спесивый, своевольный и ничтожный, как и Вы. В последние годы я стал иногда думать, что Вы — всего лишь часть меня самого.

Ужасная часть, которая живет независимой жизнью и в каждом своем проявлении отражает то худшее, что есть во мне. Какой способ был бы наиболее подходящим? Самым честным способом, конечно, было бы убийство. То есть — чтобы кто-нибудь наконец решил убить в Вашем лице то, что проявляется в каждом из нас.

Вы улавливаете суть моего письма? Я Вам пишу вовсе не дли того, чтобы Вы раскаялись…. Я пишу, чтобы сообщить Вам поскольку считаю, что Вас это касается: Конечно же — я в этом не сомневаюсь — Вы подумаете о мерах предосторожности: Но как долго это может продолжаться?

Мне понадобилось пять лет для сбора информации, чтобы вынести Вам справедливый приговор! Я могу подождать пять, десять или двадцать лет до его исполнения… Когда-нибудь охрана окажется уже не такой бдительной, меры предосторожности забудутся и мелочам перестанут придавать значение… И именно в этот момент, сеньор Аянак, я буду Вас поджидать.

Возможно, кто-нибудь засомневается может, и Вы в том числе в серьезности этого предупреждения об убийстве… Существую ли я сам в реальности…. Как знать, может, это говорит голос Вашего раскаяния? Какой-нибудь невежда-психолог может задаться вопросом, не сами ли Вы написали это письмо, чтобы упрекнуть себя в совершении таких низких поступков. Я с этим не согласен. Я считаю, что Вы абсолютно неспособны к чувству вины.

Я считаю Вас аморальным, в прямом значении этого слова. Хотя в пользу такого предположения и кое-что говорит, и внушает беспокойство. Полиция сможет доказать, что это письмо было напечатано на Вашей собственной пишущей машинке, которая стоит на письменном столе в Вашем доме в квартале Флорес. Бумага та же, какую Вы используете, и взята из Вашего письменного стола. Если принять во внимание, сколько времени может занять написание этого письма, можно сделать вывод, что единственный, кто мог его написать, не вызывая подозрений, это… Вы сами.

Эта небольшая загадка мне по душе: И пока сохраню в секрете, как это все у меня получилось, чтобы снова Вам написать, если возникнет необходимость сообщить Вам что-то новое. А пока я прощаюсь с Вами, но прежде хочу кое о чем попросить. Берегите себя, сеньор Аянак, берегите себя!

Мне бы не хотелось, чтобы глупая неосторожность с Вашей стороны или несчастный случай испортили всю мою работу. Гигантское тело шумерского война было испещрено шрамами, а кожа знавала солнце и снег. Его имя было Хорма.

Легенда гласит, что во время путешествия, когда он странствовал с тремя друзьями из города в город, злейшие враги устроили ему засаду. Четыре война яростно боролись, но только одному Хорма удалось выжить. Три его товарища пали в битве. Изнуренный и истекающий кровью, Хорма понял, что ему необходимо отдохнуть, восстановить силы и залечить раны.

Он осмотрелся в поисках безопасного места и увидел небольшую пещеру в ближайшей скале. То ползком, то еле передвигая ноги, он добрался до убежища и сразу же разложил на полу свою медвежью шкуру и забылся глубоким сном.

Все еще страдая от ран, Хорма решил пойти поискать сухих дров, чтобы разжечь небольшой костер и в своем временном прибежище и поесть хоть немного соленого мяса, которое у него было с собой. Когда свет пламени озарил пещеру, воин не мог поверить своим глазам, приют, который он нашел, был не обыкновенной пещерой. Это был храм, выдолбленный в скале. По надписям и символам шумерский воин догадался, что святилище было возведено в честь одного бога… Бога Готцу.

Хорма привык не верить в случайности и поэтому сразу решил, что его привет к пещере сам Готцу, чтобы охранять его сон. А когда вернутся силы, он разведет большой костер под алтарем, увенчанным громадным каменным изваянием с изображением бога, поймает какое-нибудь животное и принесет его в жертву своему спасителю. Еще пять дней и пять ночей оставался воин в горной пещере, восстанавливал силы и благодарил Готцу. На шестой день Хорма решил, что пришла пора продолжать путь, и захотел перед уходом оставить достойный дар Готцу в знак благодарности.

Хорма вышел из пещеры и сел на камень около тропинки, чтобы хорошенько подумать. Он знал, что небольшое количество масла позволит поддержать пламя какое-то время, но этого было недостаточно. Он было подумал, что нужно собрать как можно больше дров, столько, чтобы они никогда не сгорели… Но быстро отбросил эту мысль. Он понял, что это не поможет… Большое количество топлива увеличит лишь силу пламени, но не его долговечность….

Монах в белых одеждах, проходивший мимо, остановился возле погруженного в раздумья Хорма. Из любопытства, а может, из-за удивления при виде война в такой глубокой задумчивости монах сел напротив шумера и, не двигаясь, молча смотрел на него, словно слившись с пейзажем.

Уже солнце клонилось к закату, а Хорма все еще сидел на камне и продолжал размышлять…. Его так занимал вопрос, что он не слишком удивился, когда монах с ним заговорил:. Я скоро должен отсюда уйти и хотел бы вечно чтить его. Но я не знаю, как сделать так, чтобы зажженное мной пламя у алтаря горело вечно. Только она может сделать что-то вечным.

Неделю назад ты ничего не слыхал об этом храме Готцу, а сейчас говоришь о вечном почитании. Ты этого хочешь сейчас. Но разве ты можешь обещать, что это будет вечным? С точки зрения статистики он был слишком молод, если учесть среднюю продолжительность жизни. Он прожил достаточно времени для того, что он сделал, и совершенно недостаточно для того, на что он был способен.

Он был интересной личностью, но вдобавок еще и очень необычным человеком. Мнения о нем расходятся: Я же, знавший его лучше всех, могу сказать, что он не был ни гением, ни педантом.

Он был человеком, который получал удовольствие от того, что делал. Он называл себя гедонистом и, следовательно, жил, работая себе в радость. Наверное, это безудержное стремление к действию и стало причиной одной большой проблемы в его отношениях с окружающими. Все казались ему слишком медлительными и пассивными, и по какой-то причине, о которой я могу догадаться, он постоянно находился среди людей, не отличавшихся особой живостью ума, и беспощадно их критиковал.

Моему другу была больше по душе зрелищность действий, а не действия сами по себе. Его любовные увлечения должны были быть страстью. Широта его интересов безгранична. Его увлечения ни с чем не сравнимы. Вот почему он был замечательным профессионалом: Он, как никто другой, мог снимать стресс, занимаясь любимым делом.

Я спрашиваю себя, нашел ли он то, что искал? К тому же он постоянно жаловался, что не может найти подходящего врача. Возможно, ему требовался такой же врач, каким был он сам…. Как бы там ни было, он был замечательным человеком. Как не полюбить того, кто полностью отдавался любому затеянному делу, важному или незначительному, с одинаково безудержным и подчас нелепым энтузиазмом? Была и другая сторона у этой яркой личности.

Другое, более патетическое, как он выражался, видение ситуации… Возможно, наименее привлекательной чертой его характера или же почему бы и нет?

Наверное, именно она определяла жизнь моего большого друга и товарища. Увлеченность сменялась усталостью от людей, работы, спорта, манеры одеваться и говорить. Откровенно говоря, ему наскучило собственное существование. Но, несмотря на это, сегодня, когда пришло время подвести итоги, я должен признаться: Он жил для этого и ради этого, со всей страстью, с которой он наслаждался всем остальным. Ясный образ, встающий перед глазами: Я никогда не видел, чтобы он уставал, раздражался от общения со своими детьми или не хотел их видеть.

Может быть, с ними у него просто не было времени на тоску? К счастью, мы уже никогда об этом не узнаем. Без сомнения, этот человек любил своих детей больше всего на свете. Не знаю, любил ли он кого-нибудь, как своих детей? Это и есть загадка. По моему скромному мнению, он любил до тех пор, пока… ему не начинал нравиться кто-то другой.

Потому что, как только это происходило, любовь, благодушие и щедрость, казалось, испарялись и их место занимали отвратительные требования, нездоровые надежды и самые низкие страсти…. Если есть сомнения в том, любил ли он, то нет никаких сомнений, что он никогда не чувствовал себя по-настоящему любимым. Тайно, словно мрачный мистер Хайд, только не жестокий, а нуждающийся в расположении к себе.

Другой человек, со множеством недостатков, слабый, требовательный, надоедливый и несчастный. Нелюбимый, неуверенный в себе, неудовлетворенный… Этому человеку понадобилось больше чем полжизни, чтобы встретиться лицом к лицу со своим затаившимся Эго.

И, наконец, ему повезло: Тем, каким он был до встречи с самим собой. Он согласился вечно исполнять роль супергероя, вынужденный стойко отрицать мрачные стороны своей души. Даже он сам не знал, как сумел добиться того, что никогда ни на кого не рассчитывал. В глубине души он был уверен, что никто не может рассчитывать на другого человека безоговорочно, но в то же время он никак не мог избавиться от этих нелепых поисков того, к чьей груди он бы мог преклонить уставшую голову, закрыть глаза и успокоиться.

Мне не хочется так думать, ведь он был таким дружелюбным и всегда готовым помочь. Кто из вас, оставшихся в живых, может утверждать, что он был вашим другом? Многие могли бы причислить его к своим друзьям, но кто осмелится утверждать, что эти отношения были взаимными? Откровенно говоря, думаю, что никто, поскольку сомневаюсь, чтобы он, несмотря на внешнюю открытость, был способен доверять окружающим. Не из-за недостатков других. Он был просто на это неспособен.

Что меняет это предположение? Может быть, это снимает с него ответственность за неспособность удержать друзей Кроме одного, который, впрочем, эмигрировал. Если бы он это услышал, он бы отказался от понимания, сочувствия или жалости….

Одной из таких загадок была его семейная жизнь. Что связывало этого человека с женой? Что он к ней чувствовал? Смерть унесла ответ на этот вопрос. Было бы наивно полагать, что он был или считал себя неспособным соблазнить или быть соблазненным другой женщиной. Было бы глупо признать, что он не давал себе отчета в происходящем или отрицал это….

Итак, он остался из-за любви к этой женщине или был прикован к ней своими страхами? Любой, кто спросил его об этом, узнал бы, что он ее сильно любил. Но никто не мог понять, до какой степени. Любил ли он ее в минуту своей смерти? Однако ее образ был поглощен его нерешенными делами или той жизнью, которую он ей когда-то предоставил, или его ролью в этих отношениях.

А она, в свою очередь, была поглощена досадой и опустошена его чрезмерными требованиями. Я утверждаю это с полной уверенностью, поскольку думаю, что жизнь с ним не могла быть ни легкой, ни приятной.

Тем не менее сейчас, рядом с усопшим, мне хотелось бы лишь поговорить о нем как о муже. А он считал себя отличным мужем по крайней мере, до того, как ему все надоело и он перестал бороться, или, вернее, предоставил бороться именно ей Он считал, что вынес невыносимое, пережил все и сделал максимум возможного, и все для того, чтобы они стали идеальной парой.

Однако у них не хватило времени. Этот глупец постоянно перекладывал ответственность за свои неудачи на жену. И, справедливо это или нет, скончался с мыслью, что она была не в состоянии справиться с обстоятельствами. В течение последних лет он копил злобу и обиду, которые омрачали его жизнь… И ни разу не нашел тихой заводи, где мог бы отмыть эту грязь, накопившуюся за годы.

Важнее знать, что гораздо больше, чем любовь, была его привязанность к этой женщине. Потому что нет никаких сомнений, что он никогда ни к кому не был привязан так, как к ней.

Только ей он предоставлял сомнительную привилегию видеть себя таким, каков он есть. А если и могла, то не захотела… А если и захотела, то он никогда об этом не узнал.

Зачем же он продолжал эти отношения? Он знал и всем повторял: Насколько увлеченно и без оглядки он занимался своей работой, насколько был смел в своих поступках, настолько же слаб и нерешителен он был внутри себя. Этот человек бы скован страхами. Начиная с дурацких и банальных например, он хватался за сердце при ночном телефонном звонке до паническою ужаса при мысли о том, что с его детьми могло что-то случиться кашля или головной боли у ребенка было достаточно, чтобы лишить его отца сна или, по меньшей мере, спокойствия.

И между двумя крайностями, между серьезным и надуманным — страх смерти… Собственной смерти. Страх, сопровождавший его до последнего дня, разрушивший большую часть его жизни. В последнее время он вел себя как ипохондрик, неотступно следящий за своим дыханием, сердцебиением, мышечными болями или за любой реакцией кожи или слизистой оболочки.

Ему было неловко от этого, возможно, потому, что он знал: Возможно, его хандра была пророческим предвосхищением смерти? Было ли это беспокойство его психологической особенностью или предчувствием? Если посмотреть на эту историю в ретроспективе, ранняя смерть тоже может быть истолкована как естественный и, может быть, даже желанный результат огромной затраты энергии… Но он не хотел умирать. По крайней мере, он больше хотел жить, чем умереть.

Несмотря ни на что, этот человек наслаждался жизнью и был уверен, что его близкие наслаждаются его обществом. И причиной всему была его ненавистная привычка, или лучше сказать — ужасная приверженность: Окружающие не привыкли к этому и не собирались привыкать.

И эта нелепая мания искренности доставляла ему множество неприятностей. Он гордился вполне заслуженными успехами, а все вокруг считали его тщеславным. Он говорил в лицо. Он переставал ходить туда, куда ему не хотелось, и прослыл необщительным. Он отказывался лгать, и его осуждали за жестокость. Он, медик, психиатр, психотерапевт, психоаналитик, аналитик, специалист по коммуникативным отношениям, гештальт-психологии и более или менее проницательный наблюдатель… и все же, как ни странно, никогда не понимал людей!

Он оставил после себя много или мало я думаю, что много того, что сказал, чему научил и чем помог своим пациентам. Не забыто и его дело, которым занимаются другие медики, а также то, чему они у него научились или, во всяком случае, говорят, что научились. Возможно, после всего сказанного приобретают смысл слова, которые он сам просил написать на своей могильной плите:.

Баал Шем Тов был очень известен среди своего народа. Все говорили, что он настолько благочестивый, добрый, целомудренный и честный, что Бог слушал его слова, когда тот говорил. В городке, где он жил, сложилась такая традиция: Баал Шем Тов принимал всех один раз в год, в день, который выбирал он сам. И приводил их в одно место в лесу, известное ему одному. Легенда гласит, что там Баал Шем Тов разжигал особенным способом яркий костер из веток и листьев, а затем читал молитву тихим голосом, словно для себя самого.

Богу нравились слова Баал Шем Това, он так был очарован искусно разожженным костром, так любил людей, собравшихся в том месте в лесу… что не мог отказать в просьбе Баал Шем Тову и исполнял желания всех, кто находился рядом с ним.

Когда раввин умер, люди поняли, что никто не знал слов, которые произносил Баал Шем Тов, когда о чем-то просил Бога. Но они теперь знали то место в лесу и умели зажигать огонь. Один раз в год, следуя традиции, основанной Баал Шем Товом, все, у кого были неисполненные желания и несбывшиеся мечты, собирались в том самом месте в лесу, разжигали огонь так, как их научил старый раввин, и, не зная слов молитвы, пели какую-нибудь песню или псалом.

Иногда они просто смотрели друг на друга и о чем-то говорили, собравшись на этом же месте вокруг костра. Богу так нравился разведенный костер и это место в лесу, и те, кто там собирались… что, хотя никто не произносил нужных слов, он все равно выполнял желания всех присутствующих.

В поисках истины все мы встречаемся на своем жизненном пути с различными идеями. Они постепенно прорастают в нашем сознании и овладевают нами, создавая на некоторое время нашу систему взглядов.

Однако потом часть этих истин отбрасывается — или потому что надобность в них отпала, или они не выдерживают наших сомнений. Или же просто потому, что эти истины перестают быть важными для нас. В любом случае, суждения, на которые мы опирались, ставятся под сомнение.

Представьте себе, что, встав у руля своего парусника, осознавая все свои возможности, вы никак не можете выбрать верный курс. Маленький Принц захотел внести туда свой цветок тот, что оставил на своей планете , но Географ сказал ему:.

Услышав это, Маленький Принц сильно опечалился. И я задал себе вопрос: Или же истина столь же эфемерна и хрупка, как сорванный цветок? Мне хотелось бы попытаться написать о некоторых идеях-горах, идеях-реках, идеях-звездах, с которыми я встречался на своем пути. Некоторые из этих истин, безусловно, кажутся другим спорными. Может быть, однажды они станут таковыми и для меня.

Но сейчас они, на мой взгляд, целостны и достоверны, и более того, их можно подвергать беспристрастной оценке — они выдерживают испытание с точки зрения здравого смысла.

Первая истина составляет неотъемлемую часть философии гештальт-терапии, это мысль о том, как узнать, что:. Я пишу это и думаю, как разочаруется читатель: Это суждение мы часто не принимаем во внимание, несмотря на его очевидность.

В нем содержатся три важных элемента, которые, как мне кажется, необходимо отметить: Мои пациенты и ученики, услышав, как я повторяю это утверждение, усматривают в нем какое-то смирение, покорность, нежелание быть в бойцовской форме. На мой взгляд, необходимо всегда помнить, что изменения могут возникнуть только тогда, когда мы осознаем настоящее положение вещей.

Как можно определить маршрут в Нью-Йорк, если не знать, в какой точке Вселенной ты находишься? Я могу отправиться в путь только из конкретной точки, будь то место на карте или точка отсчета моего пути.

И это означает принятие ситуации такой, какая она есть. Кстати, по моему мнению, все наши душевные муки и раны — результат отрицания определенного положения вещей. Все наши неврозы начинаются, когда мы пытаемся изменить себе и стать не теми, кто мы есть. Недавно я вывел для себя определение настоящей любви, любить — это значит бескорыстно создавать условия для того, чтобы другой был тем, кто он есть. Это суждение — начало во всех смыслах этого слова, то есть первое и главное любых зрелых отношений.

Когда я принимаю тебя таким, какой ты есть, и понимаю, что и ты принимаешь меня таким, какой я есть. Вторая истина, крайне важная для меня, ведет свое происхождение от суфийской мудрости:.

Конечно, это не всегда деньги иначе как все было бы просто! Цена эта иногда непомерно высокая, иногда — необыкновенно низкая, но она всегда есть! Потому что ничто хорошее не дается даром. Я заплатил за них, я их достоин. Только для того, чтобы предостеречь пессимистов и обескуражить ловкачей, поясню: И не может быть оплаты в рассрочку! Если со мной происходит что-то плохое, это в ответ на содеянное?

Возможно, что это и так. Однако я говорю только о тех истинах, которые для меня бесспорны. Об универсальных истинах, истинах без исключений. И для меня утверждение: Это не всегда так.

Я могу заверить вас, что знаком с некоторыми людьми, пережившими невзгоды и потерпевшими те или иные неудачи совершенно незаслуженно. Просто потому что мне должно сказочно повезти. Принять это утверждение и жить, следуя этому принципу нелегко. Такое тоже не дается даром.

Напоминаю — ничто хорошее не дается даром. Что я имею в виду? Если я взрослый человек, то никто не заявит меня делать то, чего я не хочу. Я понимаю, что жизнь — самое важное, что у меня есть, и ни в коей мере не умаляю ее ценности. Но все же я считаю, что думать: Одно не всегда связано с другим, и между этими утверждениями не стоит знак равенства.

В повседневной жизни обычно цена вопроса намного ниже. Иногда это бывает очень неприятно. Связаться по вопросам размещения книг: Главная Авторы Книги Жанры. Истории для размышлений Хорхе Букай. Искатель Это история об одном человеке, которого я назвал бы искателем… Искатель — это тот, кто что-то ищет; не обязательно тот, кто находит.

Его глаза были глазами искателя, они были открыты навстречу всему неизведанному, и, возможно поэтому, он обнаружил такую надпись на одном из камней: Абдул Тарег, прожил 8 лет, 6 месяцев, 2 недели и 3 дня. Он почувствовал жалость при мысли о том, что ребенок прожил так немного. Ямир Калиб, прожил 5 лет, 8 месяцев и 3 недели. Все они были схожими: Сильно опечаленный этим открытием, он сел и заплакал. К нему подошел проходивший мимо смотритель кладбища. Старик улыбнулся и сказал: Хотите, я расскажу вам о нем… И он начал свой рассказ: С этого момента каждый раз, переживая что-то очень приятное, открываешь книжечку и записываешь в ней: Слева — что вызвало наслаждение.

Справа — сколько длились эти мгновения. Потом — рождение первого ребенка… А свадьба друзей? А встреча с братом, который вернулся из далекой страны? Сколько было отпущено наслаждений?

И так мы отмечаем в книжечке каждый момент радости… Каждое мгновение. У нас так заведено: Когда кто-то умирает, нужно открыть книжечку и сложить время наслаждения, чтобы записать его на могиле. Опасный враг Давным-давно в одном очень далеком, затерянном королевстве жил король. Все неизменно отвечали ему одно и тоже: Совсем иная слава была у короля. Может быть, как раз оттого, что ему все время было необходимо показывать, что он повелевает миром и даже самая малая песчинка в его королевстве зависит от его воли, король не был ни справедливым, ни сдержанным и вовсе не таким щедрым, как того бы хотелось… Как-то раз король так устал от рассказов о народной любви к волшебнику, что сильно разозлился.

За один-единственный вечер будет покончено с волшебником и с мифом о его могуществе… Тотчас же началась подготовка, и скоро наступил день праздника. После большого застолья король приказал волшебнику выйти в середину зала и спросил у него: Волшебник улыбнулся, посмотрел ему в глаза и не ответил.

После напряженного молчания волшебник посмотрел на короля и молвил: На какое-то мгновение время остановилось. Ропот пробежал среди гостей.

Растерянный, он молча повернулся и отправился к себе. Насколько же точное предсказание он дал. А если это не так? Король был растерян… Король вернулся назад и громко произнес: На рассвете король постучал в дверь покоев своего гостя. Ему нужен был какой-то предлог: И мудрый волшебник дал ему удачный ответ. Прошли месяцы, а за ними годы.

Король день ото дня становился все более мудрым. Он понял, что и у скромности есть свои преимущества. Он стал справедливым и добрым правителем. И народ полюбил его так, как никогда раньше не любил ни одного правителя. Король и волшебник стали лучшими друзьями. Постучал в дверь и, едва переступив порог, молвил: Мне так стыдно… Король глубоко вздохнул и продолжил: Волшебник посмотрел на него и сказал: Волшебник улыбнулся и опустил руку на плечо короля: Легенда гласит, что загадочным образом той самой ночью волшебник… умер во сне.

Это был последний дар любви, чтобы избавить короля от прежних страхов… Рассказывают, что король поднялся и сам выкопал могилу для друга в саду, под своим окном. Когда стало смеркаться, король вернулся в свои покои. Легенда гласит, что той самой ночью, сутки спустя после смерти волшебника, король умер на своем ложе во сне… Возможно, случайно… Возможно, скорбя… Возможно, чтобы подтвердить последний урок своего учителя.

Не желая знать Если ты точно разлюбила меня, прошу тебя, пожалуйста, не говори мне об этом! Мне нужно сегодня все еще плыть по морю твоей лжи, не ведая об этом… Я усну с улыбкой и очень спокойно.

Я проснусь очень рано утром. И снова выйду в море, Обещаю тебе… Но на этот раз, без тени протеста и сопротивления, я потерплю крушение, по своей воле и, не придумывая отговорок, в глубокой бесконечности твоего отказа. Хуан Безногий …или умение найти себе равных Хуан Безногий был дровосеком. Врачи направили его к психиатру. Психиатр посмотрел на него, ожидая подробностей. Психиатр посмотрел на него и улыбнулся.

Он удивлялся, но знал, что так бывает — человек не видит очевидного… И психиатр решил объяснить ему, что же происходит на самом деле. Осознание Я встаю утром.

В асфальте отрытый люк. Я его вижу и падаю туда. На следующий день я выхожу из дома, забываю, что в асфальте — открытый люк, и снова туда падаю. На третий день я выхожу из дома и пытаюсь вспомнить, что в асфальте — открытый люк. Однако я об этом вспоминаю и снова падаю.

На четвертый день я выхожу из дома и пытаюсь вспомнить, что в асфальте — открытый люк. Я вспоминаю об этом, однако не замечаю колодца и падаю. На пятый день я выхожу из дома. Я помню, что нужно обратить внимание на люк и иду, уставившись вниз.

Вижу люк, однако, несмотря ни на что, вновь падаю туда. На шестой день я выхожу из дома. Вспоминая о люке на асфальте. На седьмой день я выхожу из дома. Вижу люк, разбегаюсь, прыгаю, касаюсь носками ботинок противоположного края, но этого не достаточно, и я срываюсь в эту дыру. На восьмой день я выхожу из дома. Вижу люк, разбегаюсь, прыгаю, перепрыгиваю! Я так горд тем, что преодолел это препятствие, что от радости начинаю прыгать… После чего снова падаю в колодец.

На девятый день я выхожу из дома, вижу люк, разбегаюсь, перепрыгиваю через него и продолжаю свой путь. На десятый день, а именно — сегодня, я понимаю, что удобнее идти… по противоположному тротуару. Рассказ в рассказе Уже который месяц его мучили жуткие предчувствия… особенно по ночам.

Когда он пришел, солнце едва взошло над горизонтом. Он увидел, что Просветленный погружен в медитацию. Он почтительно ждал до тех пор, пока учитель не заметил его присутствия. Помоги мне избавиться от этой тревоги… Учитель улыбнулся в ответ. Задыхаясь, слуга прибежал к дому своего хозяина: Хозяин на мгновение задумался и, протягивая ему кошелек с монетами, сказал: Возьми черную лошадь — она самая быстрая.

Когда слуга скрылся из виду, богач отправился на рынок в поисках смерти. Человек удивленно взглянул на Просветленного и увидел, что выражение его лица… было не таким, как прежде…. Алчность Я копал землю, чтобы установить изгородь и отделить свой участок от соседнего, и нашел закопанный в саду старый сундук, полный золотых монет. Меня привлекало даже не богатство, а необычность находки.

Я никогда не был жадным и для меня мало что значили деньги и ценные вещи… Откопав сундук, я достал монеты и отчистил их. Складывая их в кучки на столе, я решил их посчитать… Это было целое состояние!

Я начал представлять себе, что можно было бы накупить на эту гору монет… Я подумал о том, как радовался бы скупец, найдя такое богатство… К счастью… К счастью, это был не мой случай… Сегодня ко мне пришли с требованием отдать сундук с монетами. Это был мой сосед. Если бы он так отчаянно не хотел их получить, я бы ему их отдал, потому что для меня не важно, что можно купить за деньги… Но я совсем Не переношу алчных людей….

Медведь Это история о портном, царе и о его медведе. Однажды царь обнаружил, что одна из пуговиц его любимого платья оторвалась. На закате, когда тюремщик принес заключенному последний ужин, тот покачал головой и еле слышно, с печалью в голосе прошептал: Стражник не мог сдержать смех: Что действительно важно для него? Портной мог научить медведя говорить! Он велел сей же час привести портного пред свои светлые очи и, когда того привели, приказал ему: Царь на минуту задумался: К моему удивлению, один человек из группы попросил слова и предложил подарить мне свою историю.

Этот рассказ мне очень понравился, и я решил записать его в память о своем друге Хае Габоне. Искатель — это тот, кто что-то ищет; не обязательно тот, кто находит.

Это также и не тот, кто обязательно знает, что именно он ищет. Это всего лишь тот, для кого собственная жизнь — это поиск. Однажды искатель забеспокоился и подумал, что надо бы ему посетить город Каммир. И начал собираться в путь. Он научился придавать большое значение тем чувствам, которые приходили к нему из неизведанных глубин его души. Вот поэтому-то он оставил все свои дела и отправился в дорогу. Через два дня пути по пыльным дорогам он уже смог увидеть вдалеке очертания Каммира.

Справа от тропинки по направлению к городу на возвышении просматривался какой-то зеленый остров, который привлек его внимание. Подойдя поближе, он обнаружил, что это холм с множеством восхитительных деревьев, птиц и цветов, окруженный небольшой изгородью из полированной древесины. Полуоткрытая бронзовая дверца словно приглашала его войти. Он на время позабыл о городе, о том, куда и зачем он шел, и поддался соблазну немного отдохнуть в этом месте.

Искатель вошел внутрь и стал неспешно продвигаться меж белых камней, которые как будто в случайном порядке были уложены среди деревьев. Его глаза были глазами искателя, они были открыты навстречу всему неизведанному, и, возможно поэтому, он обнаружил такую надпись на одном из камней:. Оглядевшись, искатель увидел, что и на соседней плите тоже есть надпись.

Он приблизился, чтобы прочитать ее. Это прекрасное место было кладбищем, а каждый камень — могилой. Одну за другой принялся он читать надписи.

Но самым ужасным оказалось то, что человеку, прожившему дольше всех, было чуть больше одиннадцати лет. Что случилось в этом городе? Почему столько детей похоронено в этом месте? Что за проклятие лежит на этих людях? У нас есть древний обычай. Хотите, я расскажу вам о нем…. Такую, как у меня. Ее носят на шее. С этого момента каждый раз, переживая что-то очень приятное, открываешь книжечку и записываешь в ней:. Например, ты познакомился с девушкой и влюбился.

Продолжительной ли оказалась радость знакомства? Сколько длилась безумная страсть?